Церковь как последний оплот украинского в Крыму

Інтерв'ю, Точка зору

климентАрхиепископ украинской православной церкви Киевского патриархата Климент о сроках перерегистрации церкви по российскому законодательству, резко возросшей культурной функции УПЦ КП и просроченной борьбе с Московским патриархатом.

“Некоторые представители крымской власти уже заявили, что они будут решать, какие конфессии являются традиционными, а какие – нет”

– Сегодня людей больше всего беспокоит, наверное, что же происходит в Крыму с церковью Киевского патриархата? Заставляют ли вас перерегистрироваться по российскому законодательству и как вы относитесь к этой проблеме?

– Сегодня ситуация складывается таким образом, что не только управление Крымской епархии Киевского Патриархата и приходы Киевского патриархата на территории Крыма должны быть перерегистрированы до 1 января 2015 года, но и все общественные, правозащитные организации, которые были зарегистрированы до аннексии Крыма.

Здесь есть две проблемы: политическая и духовная. Во-первых, если мы перерегистрируемся, то фактически признаем, что Крым является российской территорией. А иначе – не имеем права вести никакой деятельности. Я даже не могу оплатить коммунальные услуги церкви (юридического лица) как физическое лицо.

– У Вас есть какие-то мысли по этому поводу, ведь первое января уже не за горами, а это крайний срок перерегистрации?

– Мыслей по этому поводу у меня нет, потому что, чтобы мыслить о чем-то, нужно понимать законы. А у нас в течении последнего месяца на заседаниях «Минкультуры» Крыма некоторые представители крымской власти уже заявили, что они будут решать, какие конфессии являются традиционными, а какие – нет.

– Никаких инструкций по этому поводу Вам не приходило?

– Не приходило. Никаких разъяснений я не получил. Но это не показатель. Вот вам пример: по поводу перерегистрации еще в апреле этого года я послал запрос Аксенову с вопросом, как этот процесс будет проходить. Аксенов написал распоряжение «Министерству» культуры. «Минкультуры» – в отделы и управления. В результате, распоряжения есть, а никаких ответов до меня так и не дошло.

– Скажите, есть ли в религиозной терминологии такие понятия, как традиционные или нетрадиционные церкви?

Не существует таких юридических терминов. Это личное мнение того человека, который эту тему поднимает. Политическая тема.

Они говорят, что Киевский патриархат нетрадиционен. Как? Как  административная единица или духовная? Если административная, тогда это еще раз подтверждает, что нынешняя крымская «власть» нарушает все законы Конституции, распоряжения того же Путина, которые говорят, что должно быть гражданское общество.

Просто им не нужен Киевский патриархат как средоточие всего украинского. Вот поэтому он нетрадиционен с точки зрения политики.

А с 1992 года в Москве зарегистрирована Бабароцкая епархия Киевского патриархата. И в Белгороде зарегистрирована епархия Киевского патриархата. Вопрос: если в Москве и Белгороде епархии КП могут быть зарегистрированы, то почему они не могут быть зарегистрированы в Крыму?

С точки зрения духовности, если нам скажут, что мы нетрадиционные, то что это значит? Что православие в России нетрадиционное? Тогда по логике получится, что если КП не традиционен в России, то и сам Московский патриархат не традиционен? Абсурд.

– Планируется ли сегодня собрание приходов епархии, чтобы решить вопрос перерегистрации?

В соответствии с законом и Украины, и России, для того, чтобы принять решение о переходе религиозной организации в ту или иную юрисдикцию, должны пройти приходские собрания. Но для того, чтобы прошли такие собрания, нужно знать тему разговора, законы и правила. Тема разговора есть, а законов и правил – нет. До тех пор, пока крымская власть четко не определится, какой механизм перерегистрации, пока религиозные организации не получат официальные уведомления, говорить о перерегистрации – глупость.

“К нам приходят люди, которые раньше ходили в украинскую православную церковь Московского патриархата, но по ментальности были украинцами”

Сколько приходов осталось в Крыму?

Сейчас действует 11 приходов и 9 священников. А было 18 приходов и 15 священников.

– Уменьшилось ли при этом количество прихожан?

Нет. Количество прихожан увеличилось, потому что церковь стала исполнять роль не только духовную, но и стала превращаться в украинский духовный центр. Когда утром люди молятся, а потом имеют возможность общаться в своем украинском обществе.

– А как вы поняли, что количество людей увеличилось?

– Визуально.

– Но ведь и количество приходов уменьшилось.

– Это не влияет на количество прихожан в церкви, потому что приходы расположены по всей территории Крыма. Сейчас приходы у нас закрыты в Керчи и Красноперекопске. Оттуда в Симферополь не ездят. Поэтому если считать людей на богослужении, то их количество увеличилось. Но если говорить о людях, которые могут получить духовную поддержку и кормление, то их количество в какой-то мере уменьшилось.

Однако закрытые приходы еще не говорят о полном отсутствии кормления, поскольку священники, не имея возможности совершать литургии, продолжают работу с прихожанами. Исповедание, причащение, крещение проходят. Каждый индивидуально договаривается со священником и согласовывает свой график с графиком богослужений в наших открытых церквях.

Увеличение приходов происходит сейчас, потому что закрывается все украинское. К нам приходят люди, которые раньше ходили в украинскую православную церковь Московского патриархата, но по ментальности были украинцами. Такие люди перестают посещать УПЦ МП, потому что не хотят принимать участие в мероприятиях, которые не имеют ничего общего с духовным спасением. В церкви Киевского патриархата сегодня политики нет. Мы не оговариваем ситуацию, которая сегодня существует в Украине, потому что люди устали. От войны, от ненависти, от лжи. И церковь делает все, чтобы человек духовно исцелился. Это – основная наша задача.

– Вы говорите о культурной функции церкви сейчас. Вы можете оценить, имела ли она эту функцию ранее, все 23 года независимости?

– Да, конечно. Церковь КП в Крыму всегда исполняла две функции: духовную и культурную. Но когда человек имеет возможность получать информацию на украинском языке, смотреть радио, телевидение, вести активную деятельность в других организациях, то количество людей, принимающих участие в культурных мероприятиях церкви, немного меньше.

Однако сегодня, когда почти все организации прекратили свое существование, эти люди перешли в церковь.

“Благодаря Богу и Киевскому патриархату Украина сохранена как государство”

– Можете как-то оценить меру влияния украинизации церкви Киевского патриархата?

– За годы независимости Украины в Крыму только пару организаций и работали по украинизации. Церковь – одна из них. Самая важная работа была в открытии украинских классов. Однако недостатки украинизации в Крыму не нужно перекладывать на людей.

Нужно спросить, что не так с государством? Почему за 23 года не были открыты украинские школы? Почему не были открыты украинские церкви? Ни один президент, премьер-министр, депутат Украины не оказал поддержки в решении этих вопросов. Ирония судьбы: Кучма построил церковь, а Янукович дал Киевскому патриархату землю. Вот и вся украинизация. Все остальное – общественные организации, которые 23 года говорили, что Крым – украинский.

Очень болезненным для нас является присутствие церкви Московского патриархата. Если бы в Украине была единая поместная церковь и если бы власть понимала, что УПЦ МП – это пятая колонна, которая идеологически всегда будет врагом украинского государства, тогда не было бы ни аннексии Крыма, ни проблемы Донбасса.

Но, к большому сожалению, нынешняя власть также не обращает на это внимания.

– А Киевский партиархат проводил какую-либо работу, чтобы люди не ходили в церкви Московского?

– Нельзя так грубо ставить вопрос, потому что вера – это свободный выбор. Можно одно сказать, что благодаря Богу и Киевскому патриархату Украина сохранена как государство.

– На сегодняшний день вы пытаетесь проводить диалог с Московским патриархатом?

– Никогда не проводил и проводить не буду. Сначала пусть покаются в том кровопролитии, в котором они виноваты, а потом поговорим. Ведь у них все было направлено на пропаганду: проповеди, газеты «Русич», «Новорусич», которые раздавались прямо в церквях и монастырях даже в Киеве. Бог для них – это президенты и патриархи, которые вещают о великом русском народе. Они простых смертных сделали богами. Из-за их речей Украина сегодня в крови.

– Проводит ли церковь работу вне стен церкви?

– Это невозможно. Нужно для этого брать кучу разрешений. В России это все очень жестко.

– А как вы проводите культурную работу?

– У нас. Дети изучают украинский в воскресной школе. Юридических вопросов много. Я приезжаю в Киев, получаю консультации, потом возвращаюсь и людям рассказываю это все. Мы решили вопросы с просроченными сроками вклейки фотографий в паспорт, перерегистрацией имущества, выдачей паспортов школьникам. Мы решаем эти вопросы, потому что хотим мы этого или нет, а люди должны иметь работу, жилье. Им некуда ехать, а даже если бы они и уехали, то горькая практика показывает, что здесь их не ждут. Людям нужно приспосабливаться к сложившимся условиям, а для этого нужно знать правовую базу. Этим мы сейчас и занимаемся.  Для нас важны богослужения и безопасность пребывания в Крыму наших прихожан.

 

Новини партнерів

Загрузка...

Схожі новини:

Коментарі