Сергей Громенко: о национальной памяти, крымских украинцах и постсоветской культуре Крыма

Інтерв'ю, Точка зору

1Существует ли национальная память в многонациональном и многострадальном Крыму?  Кто такие «крымские украинцы» и на что похожа крымская культура сегодня? Кто и как будет бороться с российской пропагандой на полуострове? Почему Крым «исконно ничей», но в итоге он все-таки принадлежит Украине? Обо всем этом в беседе с кандидатом исторических наук, сотрудником Украинского института национальной памяти и крымчанином Сергеем Громенко.

Сегодня бытует мнение, что в Крыму нет какой-либо общей национальной культуры. Какие особенности культуры Крыма и крымских украинцев?

Если бы мы хотели отделить какую-то общекрымскую культуру, то пришли бы к выводу, что она абсолютно не такая, как мы представляем. Она не русская, не украинская и не крымскотатарская.

В свое время был очень популярен вопрос, когда же крымчане превратятся в некую сплоченную группу, имеющую общее самосознание. Есть эта группа. Советская. Со всеми ее советскими прелестями в виде «оливье» на Новый год, «Иронии судьбы» и христианских праздников вместе с Первомаем. Крым – это маленький осколок общесоветской культуры. Если бы мне предложили записать какую-то формулу крымской культуры, то это выглядело бы так: 80% позднего совка плюс 20% влияния национальных культур.

А какие национальные культуры в Крыму сохранились?

К сожалению, отдельных национальных культур практически никому сохранить не удалось. Есть разве что редкие национальные праздники или традиции. Печь блины на Масленицу, например.

Конечно, у небольших национальных групп: крымских татар, болгар, греков, – было обостренное чувство своей национальности и культуры, поэтому их традиции лучше сохранились. Крымские русские и крымские украинцы не сохраняли ничего.

Кухня крымских татар оказала, кстати, самое сильное влияние на культуру Крыма. В Симферополе всегда было несколько ресторанов крымскотатарской кухни, и они всегда пользовались огромной популярностью среди разных жителей полуострова.

«Если бы мне предложили записать какую-то формулу крымской культуры, то это выглядело бы так: 80% позднего совка плюс 20% влияния национальных культур»

Какие из крымских национальностей все-таки наиболее ориентированы на сохранение своей культуры?

Как бы это банально ни звучало, но, безусловно, крымские татары. Русских и украинцев в Крыму гораздо больше, но им практически нечего отстаивать. Языком общения у обоих остается русский. Плюс за украинцев в случае чего могло вступиться государство. У всех меньшинств: евреев, армян, греков, болгар, – есть свои государства, каждое из которых поддерживает диаспору. Многие стремятся уехать на историческую родину.

Крымским татарам уезжать некуда, поскольку полуостров – тот единственный регион, который можно с полным основанием называть их домом. С другой стороны, они не так многочисленны, чтобы за счет одного этого удерживать какие-то позиции. Крымских татар всего 12-15%, а это от 7 до 10 депутатов в Парламенте.

Такого представительства недостаточно, чтобы заботиться об интересах народа в полной мере, поэтому единственное, что остается – прилагать огромные усилия, направленные на поддержание единства внутри себя и на создание параллельных органов вроде Меджлиса.

«После двух фаз боевых действий – немецкой и советской – после немецкого террора и геноцида, после эвакуаций и, наконец, депортаций, в Крыму осталось меньше 400 тысяч людей. В 70-80-е на полуостров переселяли военных пенсионеров, КГБшников и прочую сволочь»

Мне кажется, что на материке с категорией «национальная память» немного легче: есть кому и что вспоминать. Как обстоят дела с этой категорией в Крыму, особенно после всех депортаций и переселений?

В Крыму, так же, как и на материке, есть национальная память. У каждого своя. Проблема в том, что она не общая, а разорванная. В 1941 году в Крыму было 1,2 миллиона населения. Однако после двух фаз боевых действий – немецкой и советской – после немецкого террора и геноцида, после эвакуаций и, наконец, депортаций, в Крыму осталось меньше 400 тысяч людей. То есть две трети старожилов, которые находились на полуострове со времен Екатерины ІІ, покинули Крым или погибли. У остальных напрочь отбило желание помнить о прошлом.

Тогда хлынула новая волна рабочих и крестьян для восстановления промышленности и сельского хозяйства, а в 70-80-е на полуостров переселяли военных пенсионеров, КГБшников и прочую сволочь. Это были совершенно другие люди. Они приносили с собой обрывки своих собственных традиций, но ничего общего с Крымом у них не было. Тем более, что слишком мало они прожили между 70-ми и 90-ми годами, чтобы у них сложилась какая-то общая культура на основе той старой, довоенной.

Крымские русские раньше прекрасно понимали по-крымскотатарски, потому что веками жили вместе на одной земле. Новые поселенцы не смогли перенять эту культуру, поскольку всех ее представителей депортировали. В итоге историческая традиция прервалась. С другой стороны, пустоты не может быть в принципе, поэтому место культуры заполнилось советским суррогатом.

Кто такие крымские украинцы?

3Меньшинство в меньшинстве. Штука в том, что украинцы – не коренное население крымского полуострова. Отдельные группы поселялись в Крыму в Средневековье, после набегов орды, походов запорожцев. Но основная масса – это потомки поселенцев самого конца XVIII – начала XIX века, так называемой первой волны колонизации украинцев. Вторая крупная волна поселения украинцев – это 50-е годы ХХ века, уже после вхождения Крыма в состав Украинской ССР.

Однако и после этого украинцы не стали большинством в Крыму. Они остались меньшинством внутри россиян полуострова.

А из-за тотального использования в Крыму русского языка провести границу между украинцами и русскими очень трудно. В 2001 году перепись показала на полуострове 24% украинцев. Тогда в украинцы записывали всех, у кого украинская фамилия, и кто не был против. На самом деле украинцев гораздо меньше, как по мне, 8-10%.

В украинских СМИ сегодня говорят либо о крымских татарах, либо о крымских украинцах, но как категории политической, а не этнической. Почему так?

А что такое этнос в принципе? Это следование традициям. Украинцев этносом делает «солов’їна мова», вышиванки, украинские песни, очень сильная анархическая позиция, желание жить малой семьей. Классическое произведение на этот счет – «Кайдашева сім’я» Нечуя-Левицкого. Это – украинский культурный код.

У украинцев в Крыму с этим культурным кодом не сложилось. Украинским языком пользуются редко, песен не знают. С другой стороны, «крымские украинцы» как политический феномен объединяет не только этнических украинцев. И это очень важно. В политическом смысле многие русские и евреи позиционируют себя как крымские украинцы. Поэтому есть определенный смысл говорить об украинцах Крыма как политической, а не этнической категории. Этническая группа украинцев ничтожно мала.

В Крыму была какая-то украинская информационная политика с 1991 года?

Нельзя сказать, чтобы ее не было. Она, конечно, не отличалась особенной системностью и оказалась, в конце концов, провальной, но была. Волнами накатывала. Например: открытие украинской гимназии в Симферополе, которая была очень важным центром консолидации крымского украинства. Все официальные надписи дублировались на украинском, велась поддержка делопроизводства. Время от времени что-то делалось, просто несистемно и неэффективно. Крым всегда был для украинского руководства в первую очередь туристическим регионом, а до социокультурного развития руки не доходили.

Конечно, когда приезжал Президент, девочки в вышиванках выходили его встречать. И вот уже вроде бы все в порядке в Крыму.

 «Мы не должны играть с русскими на их поле и по их правилам»

 Мы очень активно говорим о том, что Крым необходимо вернуть Украине, но не объясняем, почему Крым украинский. Россия сейчас настолько активно доказывает «исконно русскость» Крыма, что даже крымским татарам не дает в нем места. Что Украина должна делать?

Да только за последний год мне попалось штук шесть или семь книг, которые посвящены этой тематике. Но мы не должны играть с русскими на их поле и по их правилам. Они утверждают, что большинство населения сейчас русские, а значит, Крым должен принадлежать России. Тем более, мол, что Россия завоевала Крым в 1783 году, а все остальное суть извращение.

2Мы же опираемся на аргументы совершенно другого порядка. Крым украинский, потому что он был абсолютно легальным способом передан из состава РСФСР в состав УССР в 1954 году. Что бы русские не говорили по этому поводу, но эта передача была закреплена впоследствии в конституциях Украины и России в 1978 году. Соответственно, разговоры о легитимности или нелегитимности передачи Крыма – это разговоры в пользу бедных.

В 1994 году Будапештский меморандум гарантировал неприкосновенность границ Украины. В 1997 году в специальном Большом договоре о дружбе и сотрудничестве Россия окончательно и бесповоротно отказывалась от всх притязаний на Крым и Севастополь, в частности. И если Украина когда-нибудь захочет отказаться от Крыма, это будет сугубо ее решение, потому как с юридической точки зрения Крым исключительно украинский. Никаких других аргументов нам искать не надо, чтобы не ввязываться в совершенно бесплодную битву всяких там исторических прав, потому что в итоге надо отдать Крым грекам и монголам. Весело будет.

На самом деле на реальную политику в 21 веке не должны влиять все вот эти разговоры об этническом составе и исторических правах. «Dura lex, sed lex» (закон суров, но это закон – прим.ред.) в конце концов.

У Института национальной памяти есть план работы по Крыму сейчас?

4Все, что мы можем – это координировать государственную политику в сфере гуманитарного дискурса, который касается Крыма. Точно будут публицистические статьи о крымской истории. У нас есть планы по созданию сборника таких статей.

В будущем надеемся устраивать конференции и круглые столы на этот счет. Таким образом мы поддерживаем определенный градус интереса к полуострову.

Позже на эту тему будет одна или две книги, чтобы дать ответ на российскую пропаганду. Безусловно, мы не сможем переплюнуть их масштабы, поскольку у России вся система заточена под пропаганду, а у Украины это только защитная реакция.

Но мы, по крайней мере, сумеем сформулировать украинское видение ситуации.

Наша важная функция – бороться с разнообразными мифами. В основном, с российскими, однако – в свое время – и с украинскими, и с крымскотатарскими.

«Крым – наименее украинский регион с этнической точки зрения, но, тем не менее, он совершенно законно вошел в состав Украины и совершенно законно должен там находиться»

Какие мифы о Крыме самые популярные сегодня?

О том, кто древнейшее население полуострова. Украинцы говорят, что они – трипольцы и гунны, россияне доказывают, что их предки жили в Тмутараканском           княжестве, а крымские татары говорят, что они – потомки тавров.

Все это не так. Археологами доказано, что до 11-13 века никакого постоянного славянского населения в Крыму не было. Иногда приходили, как в осаду Херсонеса Владимиром. Но это ничего не дало. Просто пришли, разграбили город и ушли. Второй миф о Тмутараканском княжестве, которое якобы распространялось на территорию Керчи. Такого не было. Тмутаракань никогда не распространялась на Крым, княжество было только на Таманском полуострове.

То есть, вы считаете, что с подобными мифами можно бороться?

Безусловно. Конечно, теоретически, одними мифами можно побеждать другие мифы, но серьезного основания у этого не будет. Только истина делает свободными, и поэтому наша задача – смотреть правде в глаза. Да, Крым – наименее украинский регион с этнической точки зрения, но тем не менее он совершенно законно вошел в состав Украины и совершенно законно должен там находиться.

Новини партнерів

Загрузка...

Схожі новини:

Коментарі